Про поездку на Байкал летом 2004 года, решил написать ещё во время этого путешествия. Когда вернулся домой, сел за компьютер, довольно резво начал описывать, но когда дошёл до самой тропы, то очень здорово застрял. Оказалось, что мне очень трудно художественно описать природу, которую там увидел. Это настолько удивительно, непривычно и потрясающе, что мне никаких слов не хватает передать окружавшую меня там красоту и мои ощущения. Так, рассказ оказался заброшен на неопределенное время.
Сейчас, в феврале 2006 года, снова вернулся к этому путешествию. Честно говоря, так и не смог описать свои впечатления так, как хотелось бы. У меня по прежнему не хватает на это слов, потому что эту красоту надо видеть, но всё же попытаюсь.
Описание решил начать с выезда из Иркутска.
Выехал я из Иркутска часов в 6 вечера, причём был абсолютно уверен, что 100 км до Слюдянки проеду легко. Так и вышло, поток был большим, уехать мне удалось через 3 минуты стояния на позиции на 10 км до Шелехова. От Шелехова меня подобрал УАЗик наполовину наполненный буханками хлеба, причём они просто валялись в большой картонной коробке (такое явление потом часто попадалось мне на глаза в Бурятии), двумя наполненными чем-то масленым бочками и не совсем трезвым другом водителя, который прислушивался к нашему с водителем разговору, всё время улыбался и одобрительно кивал. Разговор с драйвером шёл о путешествиях, трассах, ценах в России. От него я узнал об участке трассы Иркутск – Слюдянка. Оказалось (с его слов), что это самый опасный участок трассы в России по количеству аварий. Действительно, за 50 км, что он меня вёз, нам встретились два сгоревших остова автомобилей в кювете. Сама дорога шла по горной местности то вверх то вниз, и машину вместе со мной, буханками, бочками и улыбающимся пассажиром постоянно подбрасывало.
- А у меня тоже родственники в Москве есть - вещал водитель.
Забегая вперёд, скажу, что у очень многих людей, с которыми мы общались, которые нас подвозили, и у кого мы вписывались, есть родственники в Москве.
Заехав на очередную гору, мы остановились у кафешки. Как только я вылез из машины, сразу почувствовал леденящий холод. Ведь всего 1,5 часа назад, когда выезжал из Иркутска, было около 30 градусов тепла, а здесь, на горе, было максимум 15. Драйвер заказал по банке пива на всех и его (пиво) тут же поставили перед нами. Я не стал отказываться, чтобы не ставить никого в неловкое положение, подумал, что мне от одной банки всё равно ничего быть не должно. Вообще-то терпеть не могу у себя чувство опьянения, но иногда могу выпить по настроению, но ровно столько, чтобы голова осталась ясной. Выпив, драйвер повеселел ещё больше и, как ни в чём не бывало, полез за руль, и мы двинулись дальше. Ехать с нетрезвым водителем мне было не страшно, какая-то уверенность была, что всё будет в порядке.
Когда они меня высадили за 20 км от Култука, пиво начало действовать (оно всегда на меня так действует, резко бьёт по мозгам, потом в течение часа-двух я опять трезвый), вроде всё соображаю, а язык заплетается. Первая же машина с бурятом-интеллигентом подбросила меня до Култука. Не знаю, просёк он, что со мной что-то не так или нет, ехал он молча, вопросов не задавал и денег за проезд не просил. Спасибо ему.
На вписку к Ирине Хохловой явился весёлый и разговорчивый. Там застал Нотку и её сестру Настю, они поприкалывались над моим необычным состоянием, мы попили чая и легли спать. На следующий день Настя собиралась двигаться назад, в сторону Москвы, а мы с Ноткой планировали обогнуть Байкал с юга, добраться стопом до Курумкана и через горы пешочком дойти до великого озера. Почему до Курумкана? Нам обоим хотелось попасть в места, не осквернённые туристами, где людей нет вообще. А насколько нам было известно, последний туристический город - Усть-Баргузин (тогда мы ещё не знали что и Усть-Баргузин и Баргузин - совсем небольшие посёлки и думали, что это города).
Наутро мы попрощались со всеми (спасибо тебе, Ира :), купили в дорогу мыло и зубную пасту, дошли до выезда из города, нашли более-менее подходящую позицию (в тех краях найти хорошую позицию бывает нелегко, потому что дорога идёт всё время вверх-вниз-вправо-влево, и машине бывает просто негде остановиться). Первая машина довезла нас до Выдрино, прямо к въезду в Республику Бурятия. По дороге водитель, рассказывал нам про всякие целебные минеральные озёра и про турбазу в Выдрино, упомянул, что там можно искупаться. Нам стало интересно и, выйдя из машины, мы сошли с трассы и направились на эту турбазу. По дороге познакомились с многочисленными комарами, мне они быстро надоели и я надел накомарник, а Нотка решила стать бесплатным донором и смело подставила оголённые участки кожи ненасытным хоботкам. Пока шли, увидели красивую красную лилию, как потом выяснилось, занесённую в красную книгу и множество очень толстых (в несколько обхватов) деревьев. Искупавшись в речке, в которой, может быть, текла какая-нибудь целебная вода, вернулись на трассу и стали ждать машину. Пошёл дождь, под которым мы мокли 2 часа, пока нас не подобрал торговый представитель какой-то продуктовой Улан-удинской фирмы, который развозил продукты и собирал деньги с клиентов по посёлкам Бурятии, то есть являлся эдаким инкассатором. Не испугался, взял нас. Мы стали его расспрашивать про дикие места на Байкале, рассказали про наш план доехать до Курумкана.
- До Курумкана? - удивился он. - Там горы высокие и русских там нет, одни буряты, а с бурятами нормально не пообщаешься, они все тупые, а когда напьются, ещё и агрессивные, начинают гнать, что, мол, вы, русские, пришли на нашу землю, где мы веками пасли скот и занимались земледелием, а вы навязали нам свои коммунизмы, колхозы, заводы и т.д. И сразу в драку лезут. Так что зря вы в Курумкан собрались.
Про то, что пьяные буряты совершенно непредсказуемы и опасны, мы слышали практически от каждого человека, если на эту тему заводился разговор. Нам самим их в таком состоянии видеть не приходилось, поэтому мы скромно молчали.
Потом рассказал, что национальный парк ничем не хуже заповедника, а попасть в него можно из Усть-Баргузина. Ещё рассказал, что в Усть-Баргузине живёт его брат Алексей, который работает завучем по физкультуре в школе и водит ребят в походы на Байкал. У него-то всё и можно выяснить. Заодно и вписаться ;)
В конце пути Павел (так звали водителя), угостил нас национальными бурятскими пельменями - позами, которые отличались от обычных пельмешек только тем, что их сверху нужно надкусывать, выпивать содержащуюся внутри жидкость, а только потом есть («йисть», как говорят многие сибиряки).
Кстати в Сибири, я не заметил, чтобы говор местных жителей особо отличался от московского говора, может, они говорят чуть-чуть быстрее москвичей, а в Бурятии часто повторяют слова "однако" и "поди". В Иркутске, гуляя по городу, мы с Ноткой наткнулись на витрину кафе, на которой большими буквами было написано: ГОРЯЧИЕ ПОЗЫ. Мы не знали тогда, что это, и долго смеялись над такой надписью. А позы не представляли собой ничего особенного, просто пельмени, только по 12 р. за штуку.
В конце пути, Павел провёз нас через весь город к выезду на Курумкан и высадил около какого-то дацана. Был уже вечер, а так как мы оказались на окраине города, народу вокруг было мало, мы решили заночевать в палатке где-нибудь недалеко от дацана, чтобы утром осмотреть его.
Сам дацан находился у горы, с которой был виден весь город. На неё-то мы и полезли. Долго искали ровное место для палатки и нашли что-нибудь более менее подходящее, только когда, высунув языки и тяжело дыша, добрались почти до вершины (идёшь наверх и всё кажется что вершина уже вот она, совсем рядом и, пройдя очередные 50 метров, убеждаешься что нифига ещё не вершина, придётся шагать дальше). Так и переночевали на святой горе. На святой, потому что у подножия её была рощица, в которой ко всем деревьям были привязаны ленточки и Хиймарины. Так в Бурятии обозначаются Бурханы - святые места. Хиймарин переводится как "Конь-ветер" изображается он на небольшом куске ткани с текстами мантр и другими символами Буддизма-Ламаизма и, по бурятским обычаям, с молитвой привязывается к дереву на святых местах. Буряты верят, что это пошлёт им удачу, благополучие и деньги.
С утра собирались быстро, в перерыве между дождями, спустились с горы и стали осматривать буддийский храм. Рассматривали висящие на стенах иконы, которые у буддистов называются "танка", на алтаре, подобно распятому Христу расположился Будда, а в углах, подобно изображениям святых, висели портреты лам. Понаблюдал, как буряты молятся: складывают вместе ладони, произносят мантру (Ом Мани Падме Хум) и кланяются изображениям Бодхисатв. Ещё увидел смешную вещь: рядом с храмом находится палатка с надписью "Предметы Культа". В ней продаются статуэтки Хотэев (это такой китайский божок богатства и веселья) и фотографии лам. Ну, и колокольчики всякие китайские. На самом деле такого добра и в Москве навалом, ну да речь не об этом. Когда мы приблизились к палатке, из неё вышла бурятка в коротких шортиках и с сигаретой в руке, увидела нас и предложила: "Покупайте сувениры". Мне сразу представилась богомольная бабушка из православного храма, таким же способом предлагающая всем желающим приобрести православные иконы.
На позиции долго мокли под дождём, наконец, удалось уехать сразу на 150 км до Гремячинска. Как только отъехали километров на 50 через перевал - дождь прекратился, выглянуло солнце и стало тепло.
Доехав на следующей машине до курортного посёлка ТуркА (с ударением на последний слог), решили, не заходя в посёлок, заночевать на берегу великого озера, заодно искупаться, помыться и постираться. Вода в Байкале оказалась не такой уж и холодной, в ней вполне можно было провести около минуты. Разожгли костёр, приготовили на нём крупу, добавили майонеза и, с удовольствием её схомячили. Вот так, день начался дождём и туманом, а закончился ужином на берегу, можно сказать, моря, на фоне красивейшего заката, изысканными блюдами, приготовленными на огне, в компании очаровательной Нотки.
На следующий день мы, не спеша, добрались до Усть-Баргузина. Ехали на КАМАЗе, причём водитель его озадачился высадить нас именно у места нашего назначения, что совсем необычно смотрелось для нас: большая шумная машина, поднимая клубы пыли, с грохотом рассекает по деревне с одной улицы на другую. В результате подъехали и вылезли прямо у ворот дома Алексея Плеханова. Красивая интродукция получилась. Познакомились с Алексеем, рассказали про себя, про автостоп и попросили указать нам правильный путь.
Сначала он минут 10 над нами смеялся, когда узнал, что мы собираемся пробраться к Байкалу по заповеднику через Курумкан, и заверил нас, что без альпснаряжения мы через горы не перелезем. Мы ему поверили, однако тут же стали выяснять, где можно пролезть к озеру ещё, причем, не платя никому денег и вообще никого ментоподобного не встречая на пути. Тут он позвонил своим друзьям, попросил их придти помочь советом. Пришли друзья, посмеялись вместе с Андреем над нашей неподготовленностью и предложили нам пройти по ЛАТниковской тропе: это старая охотничья тропа к Байкалу, которую облагораживает молодёжная туристическая организация "ЛАТ" из Уде, отсюда и название. Сейчас по ней в туристический сезон ходят цивильные туристы с проводником, да ещё и без рюкзаков (они вроде доставляются на стоянки вертолётом). Тропа имеет специально оборудованные стоянки с кострищами, где можно поставить палатку и еду приготовить. Кончается она на берегу озера в нежилом посёлке Чивыркуй. Живут сейчас там 3 человека, причём 2 из них - инспектора. Мы с Ноткой подумали и решили пойти по этой тропе. Друзья Андрея (к сожалению, забыл, как их зовут) подарили нам подробную 2-х километровку (СПАСИБО ОГРОМНОЕ, она ещё 100 раз нам пригодилась), попугали нас медведями и энцефалитными клещами, а брат Андрея уверил нас, что инспектора добрые и денег с нас не возьмут, он был там как-то вместе с классом из школы. Посидели за чаем, поговорили с мамой братьев. Она рассказала, что ей всего 45 лет (она выглядела на все 70), что мужа её убили 7 лет назад, а убийц не нашли, что жить ей осталось недолго из-за болезней. Настроена она была на всё пессимистично, видно так и не оправилась она после смерти мужа. Ночевать остались здесь же.
